САМОСОЗНАНИЕ КАК СОЦИОКУЛЬТУРНЫЙ ФЕНОМЕН

Во всем подслушать жизнь стремясь,

Спешат явленья обездушить,

Забыв, что если в них нарушите:

Одушевляющую связь,

То больше нечего и слушать.

Гёте

Аннотация:  рассмотрено самосознание как социокультурный феномен

Ключевые слова: самосознание, рефлексия, социальная и личная идентичность

    Специфика самого феномена самосознания делает  проблему самосознания более психологичной по своему содержанию. Но тем не менее она так же, как и проблема сознания, является комплексной: здесь сталкиваются интересы таких наук, как философия, социология, психология, этика и т.д. Каждая из них соответственно своей специфике определяет особый подход и ракурс анализа этой проблемы. Комплексность проблемы самосознания вызывает необходимость консолидации различных наук, синтез результатов многоаспектного анализа. Вместе с тем каждое исследование самосознания на теоретическом уровне требует уточнения границ рассмотрения самосознания именно в пределах данного аспекта анализа.

     Самосознание личности является, безусловно, сложным по структуре, многоаспектным феноменом. В психологическом понимании самосознание не сводится к процессу познания себя или знанию о себе. Одной из основных функций самосознания, выделяемой большинством авторов, является рефлексия. Рефлексия определяется как деятельность самопознания, раскрывающая внутреннее строение и специфику духовного мира человека. Точнее рефлексивное отношение личности к самой себе определяется как авторефлексия, но она не является процессом, замкнутым в каком-то индивидуальном пространстве самосознания. Напротив, способность человека рефлексивно отнестись к себе есть результат интериоризации личностью социальных отношений между людьми. [6]

     Некоторые же авторы исходят из положения о «нормальной двойственности» человеческого «Я»:

— «Я» как субъект, осознающий и регулирующий свои действия;

— «Я» как объект, осуществляющий свои действия.

     Первое «Я» - это субъект своих действий, своего познания, своих эмоций; во второе «Я» входит физическое, социальное и духовное достояние человека. [6]

     При их различии, можно выделить некоторые общие черты. Прежде всего – выраженное разделение самосознания на два компонента. Один из них при вариациях описывается как осознание себя самого как субъекта, другой – как объективное «Я». Такая двойственность человеческого самосознания может быть основана на определенных нейропсихологических механизмах. Например, согласно исследованиям А.Р. Лурия, процессы программирования и критической оценки действий зависят от нормального функционирования лобных долей коры головного мозга. Поражение лобных долей приводит к импульсивности действий, к потере контроля и критичности. Что касается задних долей мозга, то их поражение ведет к инертности и дезавтоматизации исполнительных действии, хотя критичность человека не нарушается. [3,6]

     В  концепции же А.Б. Орлова, Я-концепция человека (его самосознание) связывается с особенностями самоотождествления и самопринятия человека. Он, описывает самоотождествление как состоящее из подлинного «Я» (сущности) и множества самоотождествлений, прежде всего социальных. [5]

     Для процесса отождествления с подлинным «Я» предлагается использовать термин персонификация. В данном случае человек склонен принимать в себе не только свои персональные, но и свои теневые стороны и проявления, он, с одной стороны, видит себя во всем, а с другой - он не отождествляет себя полностью ни с какой своей ролью или функцией. Например, роль отца осознается человеком как одна из его ролей, к которым он как таковой не сводится. Персонификация личности приводит также к выравниванию, «опрощению» ее эмпирического контура, «втягиванию» зон психологических защит и проблем в зону психологической актуализации человека. Персонифицированная личность, или «лик» человека, представляет собой гармоничные «внутренние» мотивации и бытийные ценности. [5]

     Персонализация используется для обозначения социальных идентичностей человека. В некоторых работах они могут называться «Я - для других», «Я – социальное», субличностью и др. Эта структура самосознания представляет собой динамическую подструктуру личности, которая характеризуется относительно независимым существованием. Самые типичные субличности человека - те, что связаны с социальными (семейными или профессиональными) ролями, которые он принимает на себя в жизни, например с ролями отца, любимой, врача, учителя и т.д. В случае персонализации (ложного самоотождествления, как считает А.Б. Орлов)  ответ на вопрос «кто я?» представляет собой перечень социальных по своей сути ролей, позиций, функций: муж, отец, военный, полковник, кормилец, спортсмен, филателист и т.д. Генерализация персоны, поглощение одной субперсоной других, приводит, как правило, к возникновению суперперсоны. В генерализированной персоне преодолевается (но и то лишь частично) множественность самоотождествлений человека, однако ложность этих самоотождествлений еще более усиливается. Однако именно эта идентификация является первичным элементом самосознания, ощущения собственного «Я». Поэтому персонификация личности всегда связана с кризисом ее самоотождествления и осознанием того фундаментального психологического факта, что личность (социальная) и сущность человека представляют собой две различные психологические инстанции. [5]

     В иных терминах эти процессы представлены в концепции В.С. Мухиной. Так, вместо персонификации используется идентификация, вместо персонализации – обособление или индивидуализация .

     Акцент в работах В.С. Мухиной больше ставится на онтогенезе и даже филогенезе идентификации личности, и ценностной стороне феномена. Однако, выделяется два основных этапа в развитии самосознания. Первый – присвоение структуры самосознания через механизм межличностной идентификации. Структура характеризуется основными феноменами: именем, притязанием на признание, с полом, видением себя во времени. Второй этап – формирование мировоззрения и системы личностных смыслов. Здесь механизмы идентификации и обособления действуют на эмоциональном и когнитивном уровнях. Развитая личность прогнозирует себя в будущем, формирует образ своей жизненной позиции, «сохраняет свое лицо» при взаимодействии с другими. Однако, предполагается, что в крайних случаях естественная обособленность может привести к отчуждению. [4]

     Характеристики личности при всех возможных вариантах развития указанных частей самосознания предлагает A. Curle .

     Для обозначения личностной идентичности он употребляет термин «awareness – identity» – «идентичность осознания», для социальной – «идентичность принадлежности» «(belonging identity)». [9]

     Прежде всего A. Curle характеризует идентичность принадлежности. Она очень много значит для сохранения, стабильности человека, поддерживает его «status quo». Было бы все замечательно, если бы мы могли полагаться на идентичность осознания, а не характеризовать себя в терминах принадлежности (Я – Джон Смит, человек, способный на позор и славу, а не белый англо – саксонец, протестант, биржевой маклер). Но это не просто, и многим недостает традиционных объектов для идентификации. Как следствие мы скорее в отчаянии ищем новые виды идентичности. A. Curle говорит о том, что именно в этих поисках возникают клубы болельщиков футбольных команд, которые из-за избытка солидарности совершают акты вандализма. По той же причине получают развитие многие культы. [9]

     Однако, идентичность принадлежности имеет обратную сторону. Если человек принадлежит к некоторой общности, то и общность психологически принадлежит ему. Этот феномен выражается в выражениях типа «это мой клуб», «это моя семья». Таким образом, наше владение, особенно землей, если верны некоторые интерпретации территориального инстинкта, очень важно для поддержания нашей идентичности. Именно поэтому некоторые люди отчаянно страдают и впадают в депрессию, теряя деньги: они теряют не только деньги,  но и идентичность, выводимую из своего состояния, по сути дела это потеря себя. [9]

     Идентичность осознания отличается тем, что принимает себя, признает недостатки без самообвинения, а свою силу без самопохвал. В то же время идентичность принадлежности весьма болезненно реагирует на несоответствие роли. В определенном смысле обе идентичности противодействуют друг другу. Однако, их противодействие во многом зависит от выраженности каждой из идентичностей. Традиционный взгляд предполагает существование качественного отличия между индивидуальной и коллективной идентичностями. Есть и идея о жесткой полярности социальной и личностной идентичности. [6]

     Такая идея выражена в современной литературе и формулируется как проблема двух видов идентичности — личностной (персональной) и социальной. Если личностная идентичность — это самоопределение в терминах физических, интеллектуальных и нравственных черт индивида, то социальная идентичность — самоопределение в терминах отнесения себя к определенной социальной группе. [1,6]

     «Я сам» (персональная идентификация) и «Я в группе» (социальная идентификация) иногда сливаются, т.е. их трудно разделить. Поэтому Т.З.Козлова, приводя выявленные эмпирическим путем характеристики персональной идентичности, говорит об их условности в смысле четкости границы с идентичностью социальной. Т.З. Козлова выделяет: «В истории философии и психологии было высказано много точек зрения на сущность человека вообще и индивидуальности (самости, персоны и др. смежных понятий) в частности. В восточных философских концепциях преобладает утверждение, что «Я» как такового нет, оно не сущностно. Прямая противоположность «Я» в индивидуалистической модели западного человека. В эпоху Возрождения человек уже осознает себя как отдельное существо. Это уже не родовая личность античности и не сословная средневековья. Самореализация основана на том, что человек сам принимает решение о значимости и достоинстве своих обязанностей. Имеет место факт самообретения и самоосуществления». [2,8]

     Таким образом, самосознание связано с социальной идентичностью человека (хотя отдельное рассмотрение социальной и личностной идентичностей весьма условно, поскольку они взаимообусловлены). Направления исследований, определяемых как социальная идентичность личности, имеет предметом анализа аспект, который связан с принадлежностью индивида к определенной социальной группе, в частности – к этносу. По сути, это нестрогое обозначение групповых идентификаций личности, т.е. самоопределения индивидов в социально-групповом пространстве относительно многообразных общностей как «своих» и «не своих». Соотношение личностной и социальной идентичности человека – важный и интересный вопрос в рамках теории самосознания. [6,8]

     Подлинная личность определенностью своего отношения к основным явлениям жизни заставляет и других самоопределиться. К человеку, в котором чувствуется личность, редко относятся безразлично, так же как сам он не относится безразлично к другим; его любят или ненавидят; у него всегда есть враги и бывают друзья. Как бы  мирно внешне ни протекала жизнь такого человека, внутренне в нем всегда есть что-то активное, импульсивное и энергетическое.

     Личность в ее реальном бытии, в ее самосознании есть то, что человек, осознавая себя как субъект, называет своим «Я». «Я» - это личность в целом, в единстве всех сторон бытия, отражения в самосознании. [1,6]

     Самосознание не имеет своей отдельной от личности линии развития, но включается как сторона в процесс ее реального развития. В ходе этого развития, по мере того как человек приобретает жизненный опыт, перед ним не только открываются все новые стороны бытия, но и происходит более или менее глубокое переосмысливание жизни. Этот процесс ее переосмысливания, проходящий через всю жизнь человека, образует самое сокровенное и основное содержание его существа, определяет мотивы его действий и внутренний смысл тех задач, которые он разрешает. Способность, вырабатывающаяся в ходе жизни у некоторых людей, осмыслить жизнь в большом плане и распознать то, что в ней подлинно значимо, умение не только изыскать средства для решения случайно всплывших задач, но и определить сами задачи и цель жизни так, чтобы по-настоящему знать, куда в жизни идти и зачем, - это нечто, бесконечно превосходящее всякую ученость, хотя бы и располагающую большим запасом специальных знаний, это драгоценное и редкое свойство – мудрость. [7]

Список литературы

1.  Гарнцев М.А. Проблема самосознания в западноевропейской философии (от Ариcтотеля до Декарта) ‑ М.: Издательство МГУ, 1987. –С. 315.

2.  Козлова Т.З. Самоидентификация некоторых социальных групп по тесту «Кто Я?» // Социальная идентификация личности. – Т. 2: Книга 1 / Ред. коллегия: В.А. Ядов (отв. ред.). – М.: Институт социологии РАН, 1994. – С. 214.

3.  Лурия А.Р. Мозг человека и психические процессы. — М.: Институт философии АН СССР, 1962. – 88 с.

4.  Мухина В.С. Феноменология развития и бытия личности. – М.: МПСИ, Воронеж: НПО «МОДЭК», 1999. – С. 192с.

5.  Орлов А.Б. Психология личности и сущности человека: парадигмы, проекции, практики ‑ М.: «Логос», 1995. – С. 155с.

6.  Психология самосознания. Хрестоматия. – Самара: Издательский Дом «БАХРАХ-М», 2003-672с.

7.    РубинштейнС.Л. «Основы общей психологии» - СПб.: Питер Ком, 1998. – 688с.

8. Философский словарь/ Под ред. И.Т. Фролова. – 5-е изд. – М.: Политиздат, 1986. – 590с.

 9.   Curle A. Mystics and militants. A study of awareness, identity and social action. – London: Tavistock publication, 1972. – IX, 121 p.